— Не знаю точно, какая-то девица из тех, кто в кафе, — скользко изложил оперативник. — Не постоянная наша…
— А может, там и нет никого? — насмешливо уточнил Филин.
— Может, — с облегчением выдохнул оперативник. — Так что — не ездить туда?
— Высылай группу, — жестко сказал дознаватель. — И больше не суйся по пустякам. У тебя достаточно полномочий, что б такие вопросы самому решать…
Возмущение и резкий выговор Владимира Семеновича Филина пропали втуне. За четыре года службы в Управлении перестраховщика Первушкина переделать не смог никто.
Вот и сейчас, подъезжая к зданию Управления и пристраивая на стоянку во внутреннем дворике служебную машину, Филин с неприязнью представлял себе, сколько бумаг и во скольких экземплярах написал за ночь и разослал по разным отделам помнач оперативников.
В самом здании Управления было шумно и суетно, как и в любое время суток, пожалуй, исключая глубокую ночь, но вот сейчас, утром, ночная смена сдавала город дневной, подходили и получали ключи от кабинетов работающие в нормальном режиме дознаватели, сновали туда-сюда технические специалисты, снабженцы, уборщицы и внутренняя охрана.
Не заходя к себе, Филин направился в общий отдел, что бы сразу получить от секретарей направленные ему по рассылке документы, а заодно и забрать в "секретке" материалы по ведомым им делам. Уровень секретности не позволял хранить любые документы даже в кабинетном сейфе майора дознавательской службы, их предписывалась сдавать в секретно-архивный отдел каждый вечер перед уходом домой или в любое другое время, если Филин покидал кабинет более, чем на два часа.
Уже в кабинете, бросив на вешалку любимое, изрядно поношенное черное и длинное пальто, бывшее когда-то последним писком моды, но давно уже превратившееся в анахронизм, Филин устроился за столом и, доставая из кармана сигареты, принялся быстро просматривать принесенные из секретариата бумаги. И тут же, на второй из них, выругался вслух. Это был отчет Первушкина о попытке захвата широко известного в узких кругах "ликвидаторов" подпольщика-террориста по кличке Комод. Читать отчет дознаватель не стал, уловив только из раздела "выводы", что захват сорвался, и Комод благополучно ушел из кафе, где его приметили.
Закурив, Филин отложил в сторонку все принесенные бумаги и попытался перепланировать рабочий день, понимая, что большую часть его придется теперь разбираться с этим неудачным случаем. Во-первых, следовало опросить тех из оперативников, кто непосредственно руководил акцией на месте, и лучше не самого командира, а его зама, обеспечивающего работу оперативников-"ликвидаторов". Во-вторых… во-вторых, додумать не удалось, помешал телефонный звонок, и Филин, еще не нацепивший служебную гарнитуру на ухо, взял трубку с аппарата, стоявшего на маленьком приставном столике.
— Дознаватель Филин!
— Владимир Семенович? Доброе утро, — нервный, чуть запинающийся голос своего непосредственного начальника Филин узнал тут же. — Вчера у нас конфузия тут вышла небольшая… Уже знаете?
— Если про Комода, то знаю, — ответил Филин.
— Да про него, ну и не только… Вообщем, что бы конфузия эта из небольшой не превратилась в большую, возьмите это дело на себя. Ну, с кем надо побеседуйте, бумаги составьте, причешите все, как положено. А срок по делу "Змейки" я вам переношу. На два дня. Вот. Послезавтра по нему отчитаетесь.
— Спасибо, — ответил дознаватель. — Постараюсь побыстрее с этим конфузом справиться.
— Вы уж постарайтесь, как следует, — пожелал начальник и прервал связь.
Не сказать, что поручение начальства вдохновило Филина, скорее, наоборот, вызвало в нем профессиональную подозрительность, но вот откладывание дела "Змейки" его порадовало, как и вообще радует любого исполнителя перенесение сроков отчета на более позднее время.
Нацепив на ухо гарнитуру и подключив ее к настольному служебному и мобильному телефонам, дознаватель отправился с электрочайником за водой в конец коридора. Там, возле туалета, обычно собирались любители покурить из числа тех, кому напарники или начальство не разрешали курить на рабочих местах. Поздоровавшись с полудесятком коллег из дознавателей и оперативников, Филин выслушал несколько фантастических версий про перестрелку с применением гранатометов при попытке задержания Комода, и еще одну историю про исчезновение с охраняемого объекта не менее двух тонн медицинского спирта и пары килограмм кокаина, после этого, набрав воды, вернулся в кабинет, заварил себе большую кружку крепкого чая и принялся за работу.
К сожалению, большинство участников акции в далеком окраинном кафе уже сменились и поспешно покинули здание Управления, справедливо полагая, что любая задержка после дежурства приведет к внеурочным работам. Да и дежурный на пульте, принимавший сообщение, отбыл со службы, но, каким-то загадочным образом домой еще не доехал. Впрочем, таким же образом иной раз отдыхал от нервотрепки дознавательских буден и сам Филин.
А вот один из бойцов "ликвидационного" силового отряда задержался и был тщательно, но дружелюбно допрошен Владимиром Семеновичем. Картинка, со слов "ликвидатора", получалась грустная. Получив вызов, группа примчалась на место, через щели в занавесках разглядела вроде бы похожего на Комода человека в компании сначала одной, а потом и второй девицы. Решились на крайние меры, тем более, в кафе праздновали свадьбу исключительно студенты, люди молодые и небогатые, которым жаловаться на не совсем справедливые действия "ликвидаторов" было не с руки, небось, за каждым водились грешки, если не по экстремизму, то по наркотикам, если не по наркотикам, так по антинравственному поведению…
Блокировали здание со всех сторон, отключили в кафе свет, через пару минут подбросили в основной зал шоковую гранатку. Сделали паузу, но тут — через черный ход со стрельбой вырвалась парочка: Комод, теперь уж точно установили, что это был он, а с ним миниатюрная, худенькая девушка на огромных каблучищах.
Если честно признаться, то в этот момент "ликвидаторы" откровенно сплоховали. Вместо попыток задержания просто попрятались по закоулкам, спасаясь от выстрелов, которыми подпольщик расчищал себе дорогу. Впрочем, попрятались не зря. Экспертиза показала, что Комод при прорыве использовал армейский "усиленный" пистолет, а его пули метров с десяти и меньше даже спецбронежилеты не удерживали.
Вообщем, бравые "ликвидаторы" отсиделись за мусорными бачками, сохраняя свою драгоценную жизнь, а когда спохватились и попытались организовать погоню, то беглецы уже исчезли в лабиринте ночных улиц и переулков. На мокрой каше из талого снега и грязи никаких следов не осталось. Пришлось сворачиваться и возвращаться на базу, оставив поле битвы за дежурными дознавателями, которые трясли студентов, слегка пришедших в себя после шоковой гранаты, на предмет опознания Комода и его спутницы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
